Внутренняя заморозка и развитие.

Замораживая себе мозг, я пытаюсь пробиться к концентрированной реальности.Множество зеленых стеблей погружались в клубок ветра, твердые дали и бесконечный свет. Разжигаемые подвижностью, они с детства пытались постигать все более совершенные формы, преобразуя себя в себя.

Спирально замыкаясь на достижении этой цели, многократно им удавалось преображаться в невиданные смыслы. И так же многократно они превращались в философию бытия и колкие мысли.

На пути странствующего призамыкания, встречались им действующие картины окружения, как истинные тени в сумбурных снах, подернутые пеленой сомнений и завесой кричащих несоответствий.

Путь долог и короток в неизменности своей. И все-таки, этим невидимым странникам не казалось, им передавалось миниатюрное знание о переходе в колоссальных масштабах. Проходя свои дороги и миллиарды, цель даже не приближалась, она становилась внутренним выражением.

И среди всего этого дорогой не спеша жил человек.

Один и круглый.

Два стрелочника сидели в будильнике, взирая на циферблат. Они механически всхлипывали и переглядывались. В этом взгляде можно было прочесть лишь две мысли: мысль о расставании и мысль, о встрече.
Стрелочники весьма сильно отличались по манерам (и выражениям). Один был стремителен, неудержим. Второй, наоборот: медлен и вял. Одному доставляло удовольствие, находится в движение, другому в терпении.
И конечно у каждого был свой взгляд на жизнь. Торопливый утверждал, что стремительный бег помогает в развитии и продвижении вперед:
- Чем больше сделаешь, тем быстрее придешь к результату, - говорил он. Второй, находясь в философском наблюдении, также неутомимо продвигался.
Из цикла в цикл, они совершали одинаковые движения по кругу, из цикла в цикл затрагивали те же вопросы, проходя прошлые дороги вновь и вновь. И всегда эти дороги упирались в циферблат. ОДИН И КРУГЛЫЙ. И не было ему конца, как и начала…